Культовый сериал «Секретные материалы» начал свое суще­ствование в 1993 году. С тех пор он не раз был номинал-том премии Эмми, трижды получал Золотой Глобус как «лучший художественный сериал». Нет, наверное, человека, который не знал бы, что повествуется в хрониках о том, как агенты ФБР Фокс Малдер (fox Mulder) и Дана Скалли (Dana Scully) расследуют нераскрытые дела — названные X-files(Секретные материалы), — единственным способом изучить которые является признание существования паранормальных и едва ли объяснимых феноменов. Последний эпизод пятого сезона показа хроник ознаменовался уничтожением секретных материалов, но начался новый, шестой сезон, и Малдер и Скалли вновь пытаются вернуться к работе над X-files. После долгих лет съемок в Ванкувере сериал перебрался в Лос-Анжелес, что возможно позволит создателям снимать истории иного качества. Сериал возвращается, чтобы продолжить рассказ о жизни неразлучных агентов ФБР, великолепного тандема, который вот уже на протяже­нии нескольких лет приковывает внимание зрителей к экранам телевизоров в тихий субботний вечер. ИСТИНА  ГДЕ-ТО РЯДОМ, — заявляет слоган сериала, и в новом сезоне Малдер и Скалли возобновляют свои поиски истины.

ФОКС МАЛДЕР — ДЭВИД ДУХОВНЫ

Фокс Малдер. Работал в ФБР, когда столкнулся с паранормальными явлениями. Под гипнозом убежденный в том, что его сестра была похищена некими неизвестными силами, когда он был ребенком, одержим поисками истины, содержащейся в секретных материалах, сконцентрировавших в себе все необъяснимое. Единственный человек, которому полностью доверяет — его партнер Дана Скалли.

Дэвид Духовны (David Duchovny) — к счастью, не только обожаемый всеми агент Фокс Малдер, — потря­сающе незаурядный актер, завораживающий манерой игры, странным хладнокровным остроумием, обладатель премии Золотой Глобус, романтик. Дэвид родился в Нью-Йорке 7 августа 1960 года. Полукровка (люди-полукровки всегда сил­но отличаются от людей чистой национальности). Его отец Амрам Духовны, сын русских евреев, иммигрировавших в Бруклин, публицист, написал несколько книг. Его пьеса «Процесс над Ли Харви Освальдом» даже была поставлена на бродвейской сцене. Странная фамилия «Духовны» никак не могла стать привычной для американского слуха, и, по словам Дэвида, «отец изъял из нее букву "Ъ", устав от того, что фамилию без конца произносили неправильно». Когда родители развелись, мать-шот­ландка вернула букву на ее законное место, из солидарности со всеми членами семьи, произносившими имя как «Ду­ховны». Сам Дэвид отчаянно употреблял звук «х», в отличие от брата и сестры. Эта внутренняя подчиненность Дэвида эстетике и красоте нашего языка. подкупает: «Я думаю, это красивое имя, которое по-русски означает «spiritual» —  «духовный». И мне все равно как люди его произносят, коль скоро они понимают значение». Б самом раннем детстве, вспоминает Амрам Духовны, Дэвид мечтал стать банщиком. Всего лишь потому, что он любил плескаться в ванне, где был окружен маленькими плавающими динозаврами, которых всех мог назвать по имени. Если он станет банщиком, думал Дэвид, то ему никогда не придется больше расставаться с его динозавриками. Его родители развелись, когда ему было 11 лет, и это сильно повлияло на его характер. «Возможно, это было самое большое эмоциональное потрясение в период моего взросления, — говорит Дэвид, — они говорят о любви, которая уходит, и ты боишься, что она покинет и тебя. И это может определить твое отношение к любви на всю оставшуюся жизнь». Возможно, именно по­ этому Дэвид впервые женился только в 1997 году, в возрасте 37 лет — боязнь того, что любовь уходит, долго не позволяла ему сделать это. Единственным существом, скрашивающим одиночество Дэвида долгое время была его собака неясной породы, но похожая на колли, по кличке Блю, дочь собаки, появлявшейся в эпизоде «Ice». По словам хозяина, Блю — смелая и самостоятельная собака, которая  «никогда не лижет вам ноги». Но наконец — Дэвид Духовны и Tea Леоне, звезда телевизионного фильма    «The     naked Тгuth»/»Обнаженная  правда», обвенчались в часовне при школе, в которой учился Дэвид, и долго еще этот факт оставался тайной за семью печатями, и даже когда в брачном бюро пара получала свидетельство о браке, в дополнение к светлому костюму от Армани новобрачного и нежно-розовому   декольте   новобрачной, он  приклеил бутафорские усы. Но Дэвид счастлив в браке, и теперь они с Tea с нетерпением ждут рождения малыша.

В возрасте 13 лет Дэвид получил стипендию элитной частной школы для мальчиков в Нью-Йорке, где его одноклассниками были Джон Ф.Кеннеди-младший, актеры Билли Вирт (Вillу Wirth) и Джесон Бегх (Jason Beghe), ставшие впос­ледствии партнерами Духовны фильмам. В Принстонском университете Дэвид получил степень бакалавра по педаго­гике, а тема его диплома зву­чала как «Шизофреническая критика чистой причины в ранних романах Беккета». О выборе профессии он гово­рит: «Я любил читать, любил писать, я не мог найти в жизни ничего, что бы меня по-на­стоящему трогало — и я по­шел по проторенной дорож­ке». В Йельском университете он писал диссертацию (кото­рая так и не была закончена, но, по мнению Дэвида, это хо­роший предмет для исследования) по современной поэзии и прозе. «Я был школьным маль­чиком, — говорит Дэвид. — Когда я оглядываюсь назад, мне иногда хочется, чтобы в те годы я чуть больше развле­кался. У меня не было тех ди­ких сумасшедших студенчес­ких дней, которые люди так часто пытаются воскресить... что ж, мне нечего воскрешать. Я могу двигаться дальше.» Этап углубления в науку прой­ден. На вопрос, скучает ли он по университетскому обуче­нию. Духовны отвечает: «Толь­ко в половине четвертого ве­чера, когда солнце немного опускается, и было бы непло­хо вздремнуть с книгой в ру­ках.» Что же заставило Дэвида поменять университет, спокойную разме­ренную жизнь ученого и пре­подавателя  на  актерскую   бешеную жизнь? Что заставило его принять такое решение? «Вы можете думать, что вы принимаете решение, — фило­софски замечает Дэвид. — Но, как сказал Керкъегор: момент принятия решения — безумие». «Я стал играть, чтобы не ду­мать», — говорит Духовны. Он начал брать уроки актерского мастерства, его интерес к игре родился из желания писать для театра и кино. Работа в театре привлекала его. По его словам, театральная постанов­ка для актера — это «один час сорок пять минут чистого бла­женства». Дэвид адаптировал пьесу Чарльза Буковски «Лю­бовь русалок на пляже Вене­ции» для бродвейской сцены, снялся в рекламе пива и теле­фонной компании, и больше никогда не оглядывался назад. Он скучает по Лос-Анджелесу, где участвовал в поэтических чтениях; признается, что до сих пор не оставил сочини­тельство, но больше не пред­ставляет свои стихи публике. Он хотел бы больше писать, но, по его словам, «образ мышления, когда ты пишешь, и образ мышления, когда ты играешь, сильно друг от друга отличаются, и чтобы делать хорошо что-то одно, надо по­лностью отдавать себя этому». Однако сейчас, когда начался уже шестой сезон показа «Се­кретных материалов», он напи­сал свой первый сценарий для эпизода, который сам же на­меревается срежиссировать. Лелея эту идею, он уже сейчас проводит на площадке по 14 часов в сутки, принимая вызов своей творческой натуры. Еще не закончив с первым эпизо­дом, Дэвид оптимистически го­ворит и о дальнейших планах. «У меня есть идея, и я осуще­ствлю ее», — говорит он, наде­ясь создать сценарий для пол­нометражного художественно­го фильма. В то же время он продолжает писать и на более личном уровне. Была опубли­кована его поэма, теперь он работает над сборником сти­хов, но это — «для собственно­го удовольствия».

В 1987 году Дэвид переехал в Голливуд, и года на полтора в его творческой жизни насту­пило затишье. Вэто время, как он шутит, он «высасывал людей», работая на редакторов журналов и поставщиков про­дукции (в конце концов, ни один актер не избежал участи быть официантом хотя бы единожды). Его работы при­влекли внимание Рэнди Стоуна со студии 20th Century Fox, ко­торый и порекомендовал его Крису Картеру — создателю и исполнительному продюсеру «Секретных материалов». Дэ­вид очень трепетно относится к искусству игры, и беспокоит­ся при этом, что безумный ритм телевидения не улучшает качество его работы: «Вообра­зите — мы заучиваем по 8 страниц сценария в день, при­обретаем плохие и хорошие привычки».

Давая интервью, Дэвид предстаёт суровым, угрюмым, но его коллеги отзываются о нем как о приветливом, очарова­тельном и умном человеке. Один юный актер, партнер Дэ­вида по фильму, описал его однажды так: «У него потряса­ющее чувство юмора, он дру­желюбен, всегда готов поддер­жать, и просто он нормальный парень». Крис Картер, исполни­тельный продюсер и создатель «Секретных материалов», отзы­вается о Духовны как о «пуга­юще умном» человеке. Джилли­ан Андерсон (Дана Скалли) го­ворит, что он «смешной до ис­терики», хотя многие актеры, с которыми он работает, назы­вают его настоящим тружени­ком-профессионалом, всегда спокойным и серь­езным. Дэвид все время кон­сультируется со сценаристами и   с  дотошностью   школьного учителя английского языка проверяет текст каждого эпи­зода. Один из продюсеров се­риала, Глен Морган, говорит, что Дэвид чрезвычайно интел­лигентный человек и отмечает, что юмор Малдера принадле­жит исключительно Духовны и часто рождается из шуток ме­жду ним и сценаристами. Кро­ме игры и поэзии Дэвид зани­мается и более земными веща­ми — например, играет в бас­кетбол (с баскетбольным мя­чом он появлялся перед каме­рой в «Дневниках красной ту­фельки») и бейсбол, он даже участвовал в благотворитель­ных бейсбольных матчах, про­водимых MTV. Также Дэвид был замечен играющим в бад­минтон с Крисом Картером — в свободное от работы время, разумеется. Знаменитый ку­пальный костюм Малдера (в эпизоде «Duane Barry») наводит на мысль о том, что Дэвид еще и пловец — он действи­тельно проплывает около мили ежедневно, перед тем как на закате отправиться на работу. Еще Дэвид занимается йогой и «в основном» он вегетарианец. И вы будете удивлены, но он не любит семечки, несмотря на то, что их постоянно гры­зет Фокс Малдер. Просто, по слухам, семечки очень любит Крис Картер, который не смог удержаться от того, чтобы не присвоить эту привычку ко­му-нибудь из персонажей. Кстати, в отличие от Малдера, Дэвид и галстуки не носит, хо­тя ему и приходится получать от поклонниц тонны галстуков и семечек. О своем отношении к Фоксу Малдеру, на которого он не очень похож. Духовны говорит: «Я бы хотел, чтобы Фокс Малдер начал жить соб­ственной жизнью, вместо того, чтобы мы просто разыгрывали в сериале несуществующий опыт. Я рассматриваю это ши­ре, как внутреннее путешест­вие: Почему этот человек так страдает? Почему он одержим? Как можно его излечить? Как показать ему правду?» Говоря о Малдере, Дэвид замечает: «Я бы хотел, чтобы с ним проис­ходило намного больше инте­ресных вещей — одна из них, например, какая-нибудь ро­мантическая история. Мне про­сто скучно делать все время одно и то же. Но когда кино пользуется таким успехом, как «Секретные материалы», люди иногда боятся использовать подобные шансы». Хотя, при­знаться, люди всегда ожидают некоторой интриги между пер­сонажами. Однако Крис Кар­тер придерживается совершен­но иного мнения на этот счет: «Сериал разрушится, — гово­рит он, — если герои перейдут границы». На вопрос, когда же наконец  герои   будут   вместе, Картер отвечает: «Когда ад за­мерзнет». Джиллиан Андерсон тоже не считает лав-стори хо­рошим ходом: «Я не хочу, что­бы это произошло, Дэвид не хочет, чтобы это произошло. Картер, думаю, тоже не хочет. Сериал не об интимных отно­шениях, и было бы огромной ошибкой включить эту тему. Оба наши персонажа одиноч­ки и уважают друг друга достаточно, чтобы не усложнять себе жизнь». Об отношениях же между актерами Дэвид говорит: «Профессионально Мы очень близки, но без романти­ки. И не думаю, чтобы это произошло. Она нравится мне. Думаю, я нравлюсь ей. Все прекрасно». В отличие от Малдера Дэвид утверждает, что не верит в НЛО и оборотней, с которыми     ему     приходится сталкиваться по долгу службы. Он не отрицает возможности их существования, но не мо­жет бездоказательно принять этот факт. «На самом деле, од­нажды — это было весной 1982 года, когда я учился в Принстоне, — говорит Дэвид, — я бежал по пляжу и вдруг уви­дел в небе нечто похожее на самолет, который не произво­дил никакого шума, я сделал пару шагов прежде чем снова посмотрел вверх — эта штука исчезла». Опыт столкновения с потусторонним имела его ба­бушка, которая, будучи ма­ленькой девочкой, увидела своего деда, утонувшего за два года до этого. «Я верю в то, что это случилось с моей ба­бушкой, — замечает Дэвид, — я и сам часто ощущаю присутст­вие умерших людей, которых любил, хотя никогда никого не видел». В любом случае, ин­терес Духовны к НЛО растет с одержимостью Малдера, о ко­тором он говорит: «Малдер ду­мает об НПО так же, как дру­гие мужчины о сексе». И хотя пока Дэвид не готов приветствовать братьев из космоса, размахивая руками, он рассуж­дает; «У меня нет доказа­тельств их существования, но я допускаю, что ФБР действи­тельно владеет документами, касающимися внеземных форм жизни. Я не знаю, контактиро­вали ли мы с ними, посещали ли они Землю, но мне показа­лось бы странным, если бы эта планета оказалась единст­венной во Вселенной, где есть жизнь». А вообще на вопрос о том, имел ли он опыт общения с паранормальными явления­ми, Дэвид отвечает: «Да. Одна­жды я влюбился». К славе сво­ей Дэвид относится скептичес­ки. «Иногда приятно, что люди признают твою работу, — говорит он, — а иногда сильно Поедает, что ты не можешь просто посидеть и понаблю­дать  за  людьми,   потому что внезапно сам становишься объектом наблюдения. Снача­ла тебе это нравится (о, люди узнают меня, это интересно!), затем — все меньше и меньше (о, люди узнают меня, позволь­те мне пойти домой и поси­деть в одиночестве.)» Дэвид переживает из-за того, что многие люди переносят свой­ства характера его героя на него самого. «Я немного устал, от того, что люди говорят: "Глядите, это Малдер! Я не Малдер, понимаете?» Часто он рассуждает, как учитель: «Моя известность — всего лишь функция фотокамеры, которая создает иллюзию, что я чем-то отличаюсь от других, может быть, моя работа имеет ка­кую-то художественную цен­ность, может быть нет. Но из­вестность не имеет ничего об­щего с ценностью художника или его искусства».

Последние работы Духовны — это Playing God (Играя в Бога), и, конечно же, полнометраж­ный фильм «Секретные матери­алы». Теперь, когда съемки се­риала перенесли из Ванкувера в Южную Калифорнию, Дэвид надеется, что перед ним откро­ются новые возможности. «Больше всего я жалею, что из-за работы над сериалом оста­ется слишком мало времени, — говорит он, — практически не­возможно сделать художест­венную картину. Ведь надо продумать все до мелочей, най­ти актрису, которая захотела бы работать — все должны приспособиться ко мне». Спи­сок проектов Дэвида возглав­ляет романтическая комедия с Бонни Хант, с которой он уже работал в детском фильме «Бетховен». «Это будет фильм о том, как мальчик встречает де­вочку, мальчик теряет девочку, мальчик встречает другую де­вочку», — объясняет Дэвид. «Я надеюсь, что смогу совместить работу над фильмом с работой в сериале».

Журнал "Звездный" 1999 год

назад