| ||||||||
 | ||||||||
| ||||||||
|
|
||||||||
 |
Греция - это ...
От времени расцвета древнегреческого искусства нас отделяют две с половиной тысячи лет. Все в мире с тех пор неузнаваемо изменилось. Но перед духом античной культуры время оказалось бессильно. Там каждый день дышит историей в несколько веков. Весь окружающий мир, его красота и простота, до сих пор вызывают ощущение соразмерности сил человека и природы. Никакие бури столетий не могут заглушить беззвучного шума мраморных крыльев Ники Самофракийской, которая доныне победно трубит в свой утраченный рог.
Живописные развалины с телесным трепетом и соразмерностью пропорциям человеческого тела, скульптуры, которые воспроизводили идеальный образ бога-человека, пробуждают воображение, и ты мысленно дорисовываешь нарушенную картину, - то, что когда-то было... Ты словно прикасаешься к вечному, стоя на своеобразном
перекрестке культур, и открываешь перед собой удивительный путь Сейчас, когда мы произносим слова «античное искусство», многим представляется музейный зал, уставленный статуями и увешанный по стенам обломками рельефов. Мне кажется, что это совершенно неправильное представление, которое убивает всю глубину греческой культуры. Это абсолютно не та Греция, где родилось настоящее искусство. О Греции нельзя думать приземленно, иначе ты никогда не откроешь для себя все ее тайны и ее многогранную душу. Ведь в какой-то мере Греция воплощает в себе союз людей и богов.
1 2 |
 |
||||||
|
||||||||
|
© TRubarova Julia, 2010 |
||||||||
Далеко-далеко,
в бассейне Средиземноморья, на островах Эгейского моря, среди уютных
долин, оливковых рощ и невысоких гор Балканского полуострова под
удивительно голубым небом, которое там кажется ближе, чем где бы то
ни было, и словно обнимает своим божественным благословением,
располагается великая колыбель европейской культуры – Древняя
Греция.
Время
вдохнуло особую поэзию в древнегреческое искусство. Оно стерло
окраску греческих мраморов, но усилило их благородный золотистый
оттенок; оно отняло у статуй вставные зрачки, но взор пустых глаз
стал волнующе таинственным; обнажило колоннады храмов, но сквозь них
теперь так далеко и свободно виднеется морская даль.
